Не ваше дело: академия танцев RISE

Опубликовано 17 июля 2014 в 19:34
0 0 0 0 0

В новом материале рубрики «Не ваше дело» один из основателей академии танцев RISE Михаил Кущ рассказал, как они начали преподавать хип-хоп, пока это не стало мейнстримом, почему теперь RISE не просто школа, и как попасть в профессиональные танцы через клубный танцпол. 

С чем имеем дело

Академию танцев RISE мы открывали исключительно как школу танцев. Со временем она начала расти, мы совершенствовались, пробовали внедрять новые стили, которых не было в Калининграде. На определенном этапе у некоторых участников стали появляться дети, и тогда к нам пришла идея открыть в стенах школы студию детского развития. Так академия RISE стала арт-центром и остается им по сей день.

Школа существует с сентября 2008 года. 6 лет назад летом родилась идея создания такого места. У истоков стояло 5 человек: я, Джим (Александр Коньшин), Слава Чайкин, Сергей Мельник и Алексей Тепляков. Мы арендовали зал на «Вагонке», сделали своими руками ремонт и в начале осени открыли школу, набрали первых учеников и начали тренировки.

Про идею

Сложно сказать, как родилась идея. Много людей в разных уголках Калининграда были незнакомы. Кто-то из нас занимался танцами, кто-то любил хип-хоп, кто-то играл в баскетбол. Мы начали слушать одну музыку, общаться в общих кругах, так, в итоге, и познакомились.

В 2008 году Алексей Тепляков, один из первых танцоров реального хип-хопа в нашем городе, поехал на чемпионат Juste Debout. Он фанател танцами, Францией, французским языком и всем, что с этим связано, поэтому никто не удивился, когда он переехал жить в Париж. Во многом благодаря «Тепляку», так мы его всегда называли, в нас проснулась ещё большая любовь к танцу. Juste Debout считается самым крупным танцевальным чемпионатом, с самыми сильными участниками. Если проводить аналогию со спортом, то это как чемпионат мира или олимпийские игры. На соревнованиях продавались диски прошлого года, их было нигде не найти, потому что в эру модемов у тебя одна песня могла скачиваться полдня, а Алексей привез эти диски. Мы их смотрели, ничего не понимали, но нам очень нравилось. Тогда мы начали сами импровизировать. Сложность состояла в том, что у нас в городе были только студии хореографии, и все танцы сводились к постановкам, где танцоры повторяли за тренером, а потом выступали. Они заранее знали музыку, движения, и что будут делать на сцене. Никто просто не подозревал, что можно делать иначе. Мы же были за фристайл: не думать, а танцевать.

Про команду

С ребятами мы снимали вместе квартиру и постоянно тусовались на ней всей компанией. Тусовка была не такая, как сейчас привыкли, где все пьют, курят. Мы вели здоровый образ жизни, занимались спортом и танцами. И вот на одной из таких тусовок нам пришла в голову идея открыть школу. Конечно, мы стали думать, что можем дать людям, и очень переживали из-за недостатка знаний и опыта. Таким образом, мы стали первыми в Калининграде, кто преподавал хип-хоп, хаус, поппинг и импровизацию.

Поначалу, каждый из нас отвечал за всё, не было какого-то системного подхода, мы просто делали каждый, что мог, и преподавали свои направления. Интересный факт: в нашей команде почти все люди танцевали разные стили, поэтому мы и смогли открыть школу, в которой преподавали не один хип-хоп. Позже Джим стал больше заниматься организационными вопросами, продумывал мероприятия, маркетинговые ходы и многое другое. Я начал заниматься персоналом, ремонтом и прочими вещами. Однако мы не были обособлены, все принимали участие в общих делах, мы же были одной командой: всё всегда продумывали вместе и не боялись критиковать идеи друг друга. Мне кажется, такой подход дал очень многое для нашей академии.

Про увлечение танцами

Лично я в танцы пришел очень необычным способом. Всю свою жизнь я занимался спортом: с 6 лет увлёкся борьбой, плаваньем, но никогда не танцевал. Я очень любил музыку, ходил в клубы. Однажды, когда я работал барменом, познакомился с парнем, и он позвал меня с собой в клуб. Мы пошли в Ольштын на «Fitnees party» просто потанцевать. В середине вечера ко мне подошла женщина, около сорока лет, её звали Наталья Котуранова, но на тот момент я этого не знал. Она предложила с ней потанцевать, но мне стало как-то неудобно, ведь она была намного старше меня, и я вежливо отказался. Тогда она попросила потанцевать с её подругой, которая была моложе, да ещё и симпатичная. Конечно, на этот раз я не отказался. Мы потанцевали, она потом ушла, и ко мне снова подошла Наталья. Сказала, что я чувствую ритм, у меня что-то такое есть внутри, и предложила быть фитнес-инструктором в клубе «Эдельвейс». Мне показалось это дело мутным, я дал ей «левый» номер, на том и разошлись. На следующее утро раздался звонок от этой самой женщины. Оказалось, что мой номер ей дала девочка, с которой мы вместе учились. Позвала меня поговорить о сотрудничестве. Я решил, что всё равно ничего не теряю, и согласился. Когда пришел, мне показали кое-какие танцевальные движения, я их быстро запомнил и повторил, хотя танцами раньше не занимался. После чего я какое-то время попрактиковался и стал инструктором. В один день мы записывали рекламу для этого фитнес клуба, где я познакомился с девушкой-хореографом, ставившей нам танец. Она показывала такие движения, которые я раньше только по телевизору в клипах видел. Я не только их освоил, но ещё и что-то своё начал придумывать. Через неделю она мне предложила поехать на кубок Польши по танцам, я сказал, что было бы здорово посмотреть, а она ответила, что зовет меня не смотреть, а участвовать. За две недели хореограф нам поставила номер, и на соревнованиях мы заняли третье место. Так я оказался в танцах.

Про опыт

Когда открывали школу, про нас никто не знал, но мы надеялись, что всё сможем освоить. Стали учиться сами, смотрели видео, как выступают другие танцоры, ставили на паузу и пытались повторить. Но у нас ничего не получалось, и мы думали: «Почему они делают так классно? В чем разница?» До всего доходили сами, обсуждая детали днями и ночами. Мы начали понимать, что у профессионалов постоянно есть какое-то движение, позднее узнали значения терминов «feeling» и «groove». Потом мы пришли к тому, что у мастеров очень сильная техника, мы вообще думали, что они танцуют заготовками, но оказалось это не так, только импровизация.

Новички всегда думают, что много движений — хорошо. Мы, поначалу, тоже в танце делали много движений, но увидели, как ужасно это смотрелось. Тогда мы начали анализировать свой танец и танец профессионалов, и поняли, что нужно делать столько движений, сколько говорит музыка, причём, эти движения должны быть в гармонии с ней. К нам все знания пришли постепенно, мы параллельно становились и танцорами, и музыкантами, среди нас появились битмейкеры. Парень танцор, который начинал преподавать поппинг. теперь небезызвестный DJ Mel, которого зовут играть на всевозможных фестах и баттлах. Многие, кто начинал с танцев, в дальнейшем стали битмейкерами, потому что слушали много музыки и пришли к тому, что сами стали создавать свои биты.

Про соревнования

Сегодня, к нам могут прийти как люди с «нуля», так и те, кто уже пробовал танцевать. Мы придумали систему разграничения по возрасту. Есть центр детского развития, для детей 3-6 лет и 7-10 лет, и академия RISE, где группы 11-15 лет и группы от 16 лет, которые делятся на новичков и более старшие составы. Ребята-новички, начинают заниматься, достигнув определенного уровня, участвуют в баттлах и соревнованиях. Наши преподаватели из продвинутых групп часто ходят на занятия к новичкам, смотрят на их уровень, и если замечают, что кто-то уже достиг кое-каких результатов, могут забрать в продвинутую группу. Всегда есть куда расти, и следующий этап — это когда вчерашние ученики уже сами начинают преподавать в группах для новичков. Я сейчас занимаюсь как раз с теми, кто уже сам преподаёт.

Мы часто ездим на различные соревнования, а некоторых ребят специально заставляем участвовать, потому что это очень хороший опыт. На соревнованиях ты учишься думать и приспосабливаться к любой ситуации, поскольку никогда не знаешь, какая музыка будет, какое настроение, с какими эмоциями ты выйдешь на сцену. Танцор руководствуется эмоциями, и важно, чтобы он был открыт, а многие ребята попросту бояться публично выступать. Мы всегда говорим, что это опыт, и вы будете тысячу раз бояться выйти к зрителю, но на тысячу первый страх пройдет. На соревнования ездят и преподаватели и ученики, потому что много где есть номинация beginners, в которой могут выступать новички. Вообще существуют 2 основные номинации: beginners и pro. Мы лично не делим никого по этим параметрам, каждый сам решает, в какой номинации ему выступать, как кто чувствует. Иногда ребята, участвующие в pro, чувствуют себя как новички, а иногда те, кто давно должен выступать в pro, идут в beginners, чтобы заработать денег на призовом фонде, но это не наши ребята так делают, я просто знаю, такая практика есть.

Ездим на соревнования в Прибалтику очень часто: Польша, Литва, Латвия уже стали нам вторым домом. Основных преподавателей зовут туда судить, и их судьи приезжают к нам. Но Прибалтика – средний уровень, выше по уровню идет Германия, Франция, Голландия. Когда-то Америка была невероятно сильной, сейчас их танцоры сдают позиции, но там много основателей танцевальных стилей живет. Мы участвуем и на самых крутых фестивалях, но пока ради опыта, потому что мы, конечно, ещё не настолько круты, чтобы выигрывать. Наш преподаватель по поппинг прошел селекцию на чемпионат Juste Debout, про который я упоминал ранее. Там отбор очень жесткий, проходит в 17 странах, и в нём участвуют танцоры со всего мира. Наш парень ездил в Казахстан для селекции и выиграл её.

Около двух лет назад академия RISE начала делать фестивали Up Your Skills, по-русски — «улучши свои навыки». Фестиваль задумывался без селекции, то есть, не было предварительного отбора участников для баттлов, нам неважно, сколько людей участвует, мы всех делим по сетке, и все баттлят. Такая практика нужна, чтобы участники поднимали именно свой навык соревнования. Можно годами пытаться пройти селекцию, потом попасть в баттл и абсолютно не знать, как себя там вести. Когда мы делали чемпионат, то хотели, чтобы на него приходили танцоры со всех студий и объединялись на одной сцене. В итоге, эта задумка дала своё: раньше все студии враждовали, а теперь это уже не так.

Напоследок

Я считаю, что мы действительно хороши в том, что делаем, и не раз это доказывали. Дни и ночи уходили на тренировки, мы каждый день практиковались, жили танцами. Достигнуть таких результатов нам помогла любовь к нашему делу. Мы работали на энтузиазме и не ради денег. По сей день я иногда не получаю зарплату с тренировок, потому что студия должна жить, и нам надо платить за её аренду. Я не очень переживаю по этому поводу, потому что хочу, чтобы люди ходили и занимались танцами, и эта культура продолжала развиваться у нас в городе.

Фотоматериалы Фернандо и из архива академии танцев RISE

0 0 0 0 0




Вконтакте
facebook